Владимир Высоцкий



Владимир Высоцкий, текст песни "Из дорожного дневника"

Ожидание длилось, а проводы были недолги.
Пожелали друзья:"В добрый путь, чтобы все без помех".
И четыре страны предо мной расстелили дороги,
И четыре границы шлагбаумы подняли вверх.

Тени голых берез добровольно легли под колеса,
Залоснилось шоссе и штыком заострилось вдали.
Вечный смертник комар разбивался у самого носа,
Превращая стекло лобовое в картину Дали.

И сумбурные мысли лениво стучавшие в темя,
Всколыхнулись во мне - ну попробуй-ка останови.
И в машину ко мне застучало военное время,
Я впустил это время, замешанное на крови.

И сейчас же в кабину глаза из бинтов заглянули
И спросили: "Куда ты? На запад? Вертайся назад..."
Я ответить не мог: по обшивке царапнули пули.
Я услышал: "Ложись! Берегись! Проскочили! Бомбят!"

И исчезло шоссе - мой единственный верный фарватер,
Только елей стволы без обрубленных минами крон.
Бестелесный поток обтекал неспеша радиатор,
Я за сутки пути не продвинулся ни на микрон.

Я уснул за рулем, я давно разомлел от зевоты,
Ущипнуть себя за ухо или глаза протереть?
И в машине с собой я увидел сержанта пехоты.
"Ишь, трофейная пакость,-сказал он,-удобно сидеть".

Мы поели с сержантом домашних котлет и редиски,
Он опять удивился: "Откуда такое в войну? Я, браток,
-Говорит,-восемь дней, как позавтракал в Минске.
Ну, спасибо, езжай! Будет время, опять загляну..."

Он ушел на восток со своим поредевшим отрядом.
Снова мирное время в кабину вошло сквозь броню.
Это время глядело единственной женщиной рядом.
И она мне сказала: "Устал? Отдохни - я сменю".

Все в порядке. На месте. Мы едем к границе. Нас двое.
Тридцать лет отделяет от только что виденных встреч.
Вот забегали щетки, отмыли стекло лобовое.
Мы увидели знаки, что призваны предостеречь.

Кроме редких ухабов ничто на войну не похоже.
Только лес молодой, да сквозь снова налипшую грязь
Два огромных штыка полоснули морозом по коже,
Остриями по-мирному - кверху, а не накренясь.

Здесь, на трассе прямой мне, не знавшему пуль, показалось,
Что и я где-то здесь довоевывал невдалеке.
Потому для меня и шоссе, словно штык, заострялось,
И лохмотия свастик болтались на этом штыке.


Вернуться к текстам